Главная

Факультет

Учебный процесс

Кафедры

Студентам

Наука

Абитуриенту

XXI век: актуальные проблемы исторической науки и образования

 

Скачать

Л. Л. Щавинская

Российская Федерация, г. Москва

 

Уже в раннем средневековье в процессе христианизации славян были заложены многие фундаментальные основы различий между ними, позднее сделавшие даже возможным их деление по ряду признаков на восточных, западных и южных. При этом географическая ориентировка все же не играла главной роли, а скорее оказывалась сугубо номинальной. А вот отношение к кирилло-мефодиевскому наследию всегда составляло одну из центральных особенностей в разделении и одновременно взаимодействии славянских миров. Знаменательно, что миссия св. Кирилла и Мефодия всегда в той или иной мере чтилась всеми славянами, за исключением, пожалуй, лишь боснийцев-мусульман, принявших ислам в последние несколько столетий, но ранее бывших христианами. Славяне-католики, особенно словаки, чехи, хорваты, чтят память св. Кирилла и Мефодия, считая основоположниками своей духовной культуры, в том числе литературы.

Есть немало свидетельств о том, что на западе средневековой Европы, или, точнее, Mundus Latina, само именование «славянин» свидетельствовало о принадлежности к прямым почитателям и последователям миссии св. Кирилла и Мефодия, в отличие от тех, кто был «латинником», следовал так называемому «латинскому обряду», то есть католическому. В средневековых западных хрониках мы найдем немало выражений типа «Latinorum et Slavorum», прямо означающих подобное противопоставление.

Особенно своеобразное положение с культом св. Кирилла и Мефодия и их традицией сложилось в польской среде. Собственно, в современном западном ученом мире вопрос этот во всей его остроте впервые был поставлен Христианом фон Фризе во второй половине XVIII в. [5]. К настоящему моменту можно считать доказанным влияние миссии св. Кирилла и Мефодия на территории юга современной Польши, хотя противников подобного видения остается немало, преимущественно в клерикальном и околоклерикальном ученом кругу. Свидетельство тому – знаменитая польская религиозная песнь-гимн, находка «подеблоцких таблиц» на исходе XX в. и др. [4].

Тогда же и в более поздние времена на польскую культуру в целом усиливается влияние восточных соседей, приверженцев «восточного обряда» – наследников Древней Руси. Это находит свое непосредственное отражение во всех сферах жизни, преломляется в языке, обычаях, различного рода идеях и доктринах. Постепенно начинают наблюдаться и весьма на первый взгляд необычные явления, например строительство в Польше особых костелов во имя св. Кирилла и Мефодия, что имело место уже во второй половине XIX в. Несомненно, все, что связано с почитанием св. Кирилла и Мефодия в католической церкви в XX в., необходимо рассматривать и с точки зрения возможных экуменических надежд, возлагаемых католичеством на этот культ. В 1985 г. папа Иоанн Павел II в своей «Славянской энциклике» («Slavorum Apostoli») прямо провозгласил об этом, утверждая, что дело св. Кирилла и Мефодия «представляет выдающийся вклад в образование общих корней Европы». Современные польские католические экуменисты объявляют св. Кирилла и Мефодия «учителями объединения» православных и католиков [3].

Следы непосредственного влияния восточнославянской православной литургической практики на польскую католическую мы можем явственно наблюдать на польско-восточнославянском культурном пограничье, в том числе находящемся ныне на территории Польши. Так, в Перемышльской католической епархии день поминовения св. Кирилла и Мефодия праздновался в XVI в. и позднее. Совершенно особую картину в этой связи можно видеть на порубежье бывшего Мазовецкого княжества и Великого княжества Литовского, о чем свидетельствуют самые различные факты, весьма заметно, хотя и мозаично дополняющие общее представление об этом многовековом явлении. Все это никоим образом не было связано с поздней, начавшей активно пропагандироваться лишь в XX в., идеей экуменизма. Более того, на польско-восточнославянском пограничье образовалась особая культурная зона, многовековая судьба которой свидетельствует о сложнейшем драматическом процессе взаимодействия западного и восточного христианских миров, который, кажется, исторически опровергает реальность жизненного воплощения этой идеи.

В то время как некоторые польские католические теологи в первой половине XX в. все чаще стали склоняться к предэкуменическим воззрениям, в реальной жизни межвоенной Польши (1918–1939) идет массированное наступление на православие, вплоть до массовых разрушений православных храмов, заключения наиболее активных православных мирян и священников. Послевоенный период отмечается поголовной депортацией польскими властями православных и греко-католиков с мест их постоянного проживания в течение столетий в СССР и на так называемые «обретенные земли» – территории, отошедшие к Польше в результате поражения Германии во Второй мировой войне. Жившие на своих исконных землях до середины XX в. непосредственно южнее г. Кракова, восточные славяне (лемки) в небольшом числе ныне заселяют территории значительно восточнее, хотя на прежних западных границах расселения восточных славян в Польше сохранилось довольно много памятников, в том числе и письменных, их многовекового пребывания там. В ходе одной из наших экспедиций удалось исследовать и самую западную и, пожалуй, самую загадочную область распространения в межвоенной Польше живой кирилло-мефодиевской традиции, расположенную у подножия Пенин в междуречье Дунайца и Попрада – Русь Шляхтовую, или, иначе, Шляхтовскую Русь [1].

По сей день отношения между православными, греко-католиками и католиками в Польше, особенно на бытовом уровне, опровергают жизненную реальность экуменизма. Если же к этому добавить все еще поддерживаемую польским католическим костелом неоунию, провозглашенную его представителями и предстоятелями в межвоенной Польше и перечеркивающую все основополагающие представления экуменической доктрины, то разговоры об экуменизме становится трудно вести даже на теоретическом уровне. На практике же, особенно в местах поселений традиционных исповедников кирилло-мефодиевского культурного начала – православных белорусов, православных украинцев и украинцев-греко-католиков, о каком-либо реальном проявлении экуменизма в современном его понимании говорить пока не приходится. Слишком болезненны и глубоки раны, нанесенные местному восточнославянскому населению многовековой польской католической экспансией, в целом практически не прекращающейся по сей день, о чем свидетельствует массовая денационализация здешних восточных славян, прежде всего белорусов и украинцев.

Совсем не случайными в этой связи кажутся недавно сказанные слова посла сейма Польши, члена Комиссии по национальным и этническим меньшинствам, известного белорусского общественного деятеля Евгения Чиквина о белорусах в современной Польше: «Что еще может спасти от полной полонизации и объединить – это Православная Церковь. Я считаю, что Православие для нас не просто декларация веры. Это тип культуры, это то, что еще определяет нас как нацию» [2].


1. Лабынцев Ю. А., Щавинская Л. Л. Белорусско-украинско-русская православная книжность межвоенной Польши. М., 1999.
2. Чыквін Я. Спадзяюся на міжпарламенцкую польска-беларускую групу... // Голас Радзімы. 2001. 5 снеж.
3. Górka L., SVD. Święci Cyryl i Metody a pojednanie: Słowiańskie dziedzictwo w służbie jedności Kościołów i narodów. Warszawa; Lublin, 2001.
4. Klinger J. Nurt słowiański w początkach chrześcijaństwa polskiego. Białystok, 1998.
5. Friese Ch. G., von. Kirchengeschichte des Königreiches Polen vom Ursprunge der christlichen Religion in diesem Reiche. Breslau, 1786.

 

president      miedu    pravo     bsu     universitet     banner gun rus   ips

bsu ru w

Контакты

220030 г. Минск, ул. Красноармейская, 6
тел. +375 17 209-55-98
факс +375 17 260-55-16
e-mail: Адрес электронной почты защищен от спам-ботов. Для просмотра адреса в вашем браузере должен быть включен Javascript. План проезда

Яндекс.Метрика